СУББОТА, 20 ОКТЯБРЯ 1973 ГОДА

Веллинг за работой в комнате прессы. На заднем плане мониторы с видом на место сражения.

Фоккинк для Hilversum 3 "Это лучшее, чего когда-либо добивался Dambond".

DEN HAAG - Почти каждый раз, когда Тон Сейбрандс и Андрис Андрейко сражаются друг с другом в поединке чемпионата мира по шашкам, в зрительской зоне можно найти маленькую рыжеволосую женщину. Как нервное существо, она перемещается среди зрителей, иногда опускается на стул, чтобы через несколько минут снова вскочить и пойти дальше. С прямым лицом она следит за изменениями на доске на мониторе, после каждого хода хватает свой блокнот и записывает ход. Видит знакомого, пожимает руку и снова погружается в раздумья.

Люба Андрейко, жена Андриса, следит за игрой как может. "Я начала играть в шашки всего семь лет назад. Именно тогда я встретила Андриса. Нет, я не играю в лиге. Только дома, в Риге, я иногда являюсь спарринг-партнером".

Для Любы Андрейко это первый раз, когда она вообще находится в Нидерландах, за пределами России. Через руководителя немецкоязычной делегации Гунара Риекстиньша она рассказала, что больше всего ее поразило дружелюбие голландцев. "Все такие ""доброжелательные"" по отношению друг к другу. Кроме того, я нахожу Голландию очень приятной страной. В Риге я работаю терапевтом в больнице. Город тоже очень приятный", - Люба Андрейко не рискнула сделать ни одного прогноза на исход матча. Игнорируя мнение, что шансы Андрейко на завоевание титула чемпионки мира наверняка считаются очень малыми, она говорит с дружелюбной улыбкой. ''И ничего еще не решено. Впереди еще несколько матчей, так что все возможно".

Такого же мнения придерживается и Гунар Риекстиньш. "Спорт есть спорт", - говорит он. "Возьмите тот знаменитый баскетбольный финал во время Олимпийских игр в Мюнхене. Все считали Америку чемпионами, но за три секунды роли полностью поменялись". Гунар Риекстиньш, которого не раз отправляли за границу в качестве руководителя команды ("особенно в баскетболе и волейболе"), был специально выбран для этого чемпионата, потому что он родом из того же региона, что и Андрейко. "Я - спортивный лидер в Латвии. Андрис тоже. Для этой встречи наша ассоциация плотины решила, что будет лучше, если в Нидерланды поедут люди, которые хорошо знают друг друга, а также согласны друг с другом. А мы с Андрисом впервые встретились примерно в 1954 году". Затем разговор прерывает телефон. Гунар Риекстиньш хватает свои записи и в быстром темпе перечитывает переезды в Россию. "На родине, и уж точно в Латвии, интерес к этому чемпионату огромный, - говорит он. Но если есть такой огромный интерес, то почему нет ни одного российского журналиста? "Зачем это нужно, - возражает Риекстиньш, - наверняка есть хорошая телефонная связь".

Затем Гунар Риекстиньш замолкает на мгновение, задает еще один четкий вопрос о цели всех этих вопросов и о том, почему именно от него люди хотят узнать все эти вещи. Затем кивает один раз, зажигает сигарету и снова выжидательно смотрит на собеседника. "Нет, я не думаю, что это будет иметь последствия для Андрейко, если, поскольку матч еще не закончен, он проиграет. Русские объективны. Вернувшись, мы детально проанализируем все игры и придумаем объяснения, почему все могло пойти не так. Я не думаю, что это будет считаться потерей престижа. В конце концов, Андрис довел себя до предела". Однако неспособность Андрейко вернуть себе титул чемпиона мира будет означать, что русские, которые очень привязаны к титулам, в течение года утратили свою гегемонию в области интеллектуальных видов спорта. После того, как в прошлом году Спасский уступил эту честь Фишеру, будет, по меньшей мере, неловко, если теперь другая нация сохранит титул и в шашках. "Спорт остается спортом", - снова говорит Гунар Риекстиньш, теперь уже пожимая плечами.

В сборнике стихов "Кентавр" Жюля Веллинга есть стихотворение о шахматистах. Адаптированное для данного мероприятия, он переписал его следующим образом:

В натуральную величину

"Этот матч намного лучше, чем Фишер - Спасский в прошлом году. В плане размещения и в зале комитета, конечно, в плане игровых условий. Должен сказать, что интерес публики меня немного разочаровывает, но это может быть связано с тем, что шашки все-таки немного менее захватывающее зрелище, чем шахматы. Но по шашечным стандартам место действительно переполнено. И подумать только, что все это благодаря Ивенсу (старшему), что один человек все это организовал. И когда это осознаешь, становится жаль, что приходится говорить правду о том, что в шашечной ассоциации еще так много мелких душ". Возвращаясь к шахматно-шашечному аспекту. "В случае со Спасским и Фишером зрителям было чем насладиться. После примерно 10 партий счет был уже 7-3, то есть очень большое количество решений".

В (мире) шашек Жюль Веллинг приобрел известность в основном благодаря своей книге. "Несколько лет назад у меня вдруг возникла идея: "Я напишу книгу". Я уже был знаком с Тоном с давних времен, играл в шахматы в' мои школьные годы в амстердамской школе Van Nispenhuis, и медленно, но верно эта связь становилась все крепче и крепче. Поэтому в какой-то момент я сказал, что собираюсь написать о нем. В то время он еще отказывался. "Сначала я хочу стать чемпионом мира", - был его ответ. Когда он стал им в прошлом году в Хенгело, больше не было никаких препятствий".

Издательство

Хотя поиск издателя поначалу представлял некоторые трудности, Жюль Веллинг, который занимался биографической частью, и Тон Сейбрандс, который занимался всей технической частью, сумели заинтересовать Аада Найса, главного директора Prisma pockets, в этом плане.

Веллинг, 23 года, не женат (да и не планирует) и по профессии, как он говорит, "журналист-поэт", выпустил поэтический сборник "Кентавр". Вскоре из-под его руки выйдет сборник "Alarm Phase II". "Дебютировавший в прошлом году с "Янг" выпуск сборника стихов доставляет гораздо большее удовлетворение, чем такая шашечная книга. Когда ты приходишь в дом к совершенно незнакомому человеку, а твоя книга лежит в шкафу, это дает тебе большой толчок. Я никогда не забуду, как стоял в книжном магазине и кто-то попросил у меня книгу стихов Жюля Веллинга. Сейчас я иногда испытываю то же чувство, когда понимаю, что эта книга о Тоне сейчас продается почти в каждом книжном магазине Нидерландов. Сколько людей, должно быть, стояло на ногах ради этого?", книга Жюля Веллинга вызвала немалый ажиотаж, особенно в российском лагере во время этого чемпионата мира. В некоторых высказываниях об одном, в чем-то Жюль Веллинг был (есть) особенно виноват со стороны Кепермана. Жюль смеется: "В наши дни его сердитое отношение несколько восстановилось. По крайней мере, он снова пожимает мне руку. Сначала он угрожал мне судебным иском, что ж, тогда удачи". Может быть, местами это не совсем объективно, но все задокументировано до мелочей, и они нигде не могут поймать меня за клевету". Джулс Веллинг говорит так некоторое время и вскользь упоминает, что в следующем году он, вероятно, опубликует еще один роман и что есть также планы написать книгу с историями из шашечного мира.

Тишина

Вскоре после его слов в зале для прессы наступает всеобщая тишина, а телефонистке здания Конгресса приказано не переадресовывать телефонные звонки. Пресс-секретарь Дамбонда Хенк Фоккинк готовится к одной из своих многочисленных радиопередач, в которой он сухо сообщает слушателям о последних сыгранных ходах. Хенк Фоккинк: "Дамбонд никогда не был так далек от публичности, как сейчас. Жаль, что многие люди не видят этого и хотят большего. Вы должны быть честными и мыслить профессионально. Слишком много людей здесь все еще дилетанты. Мой многолетний опыт просто дал мне другой взгляд на многие вещи". И, заметно волнуясь, он продолжает: "Взять хотя бы прошлую пятницу. Поскольку моя работа не позволила мне быть здесь раньше, я думаю, что все произошло следующим образом. Если бы я был там, то, возможно, это пресловутое коммюнике не было бы опубликовано. Факт в том, что в тот момент матч нуждался в инъекции, но нужно ли было это делать именно так, я очень сомневаюсь".

Менеджер-тренер Эббо де Йонг: "Должен сказать, что нам не было неприятно, что все прошло так, как прошло. Немного огласки никогда не помешает". Хенк Фоккинк: "Признаюсь, последующие дни снова были очень напряженными.

Хенк Фоккинк, работающий в Dambond с 1969 года, тем не менее, не оглядывается назад с негодованием. "За последние несколько лет произошли огромные улучшения в области публицистики. Но все равно я продолжаю говорить, что все еще с опаской поглядываю на часы, тихонько бормоча "тер можно". Ради шашечек". Осталось всего две минуты", и Хенк Фоккинк поворачивается. Поворачивает и переключает всевозможные ручки. Йост де Драайер произносит вступительную речь, и все Нидерланды слышат, что последний ход белых ("и слушатели да" - Тон Сейбрандс) был 33x24.

PAUL HOVIUS.

Завтра в 14.02 по радио NOS в программе Langs de Lijn на канале Hilversum 3 будут показаны: платный и любительский футбол; матч по шашкам Sijbrands-Andreiko (двое ведущих будут следить с 15.30 за ходом матча). часа матч продолжается ход)