Одно можно сказать с уверенностью: если шашки и будут иметь славное будущее, то только с Африкой и благодаря ей!

На четыре очка от Mamma и Bassirou отстали Matinees Soumaoro и Alpha Yaya из Guinea. Выступления Yaya и его соотечественников Thiam и Sylla вызывают особое уважение, ведь они начали турнир со значительным гандикапом: до сих пор Guinea играла только с длинной диагональю справа! Позиционно, в частности, построение Sylla все еще оставляет желать лучшего, но тактически все трое великолепны.

В случае с сенегальцем Hamet Diaw все как раз наоборот: вместе с N'Diaye и «Bas» он демонстрирует лучшую позиционную игру, но его уязвимость в комбинационном плане, которую можно было заметить еще на World Cup 1978 Arco, регулярно играла с ним в шутку.

На последнем конгрессе Всемирной федерации шашек было указано на проведение чемпионата мира в этом году в западноафриканском государстве Mali. Экс-чемпион мира Ton Sijbrands и секретарь Всемирная шашечная федерация Willem Jurg в течение нескольких дней проводят разведку в Mali и Senegal. Вскоре дуэт отправился на крупный международный турнир в Bamako, чтобы приучить организаторов и зрителей к почестям, которые принято оказывать на официальных чемпионатах. Sijbrands сформулировал свои выводы на бумаге. Прежде чем мы продолжим рассматривать эту дуальность, сначала несколько слов об истории проекта «WK'80-Mali».

Как уже говорилось, Малийская федерация шашек, через технического директора, также сильнейшего игрока) Mamina N'Diaye, представила свою кандидатуру на конгресс FMJD, который состоялся в октябре 1978 года в Arco на севере Италии. Однако Нидерланды и Италия претендовали на Кубок мира-80. К облегчению тех, кто понимал, что это отличная пропагандистская возможность для шашек, и к ужасу тех, кто считал этот амбициозный план (в конце концов, в Африке никогда не проводились соревнования по FMJD) просто слишком высоким, большинство голосов было отдано в пользу предложения Мали.

Но шесть месяцев спустя, когда секретариат FMJD так и не получил обещанных гарантий и не услышал никаких вестей от федерации Мали, Roozenburg и Jurg, голландцы в правлении Всемирной шашечной федерации, похоже, не имели другого выбора, кроме как доверить организацию Кубка мира-80 Нидерландам, как первой резервной стране, выдвинутой на конкурс.

Однако незадолго до истечения срока ультиматума, предъявленного Всемирной Ассоциации шашек, Rozenburg и Jurg вступили в конфликт Wouter van Beek, чемпионом Нидерландов 1963 и 1965 годов, пробился в финальный турнир старшего чемпионата.

Van Beek получил докторскую степень много лет назад, описав племя в Йеруне, и теперь собирался снова отправиться в Африку, чтобы исследовать внутренние районы Mali - Dogon, «культурно изолированный регион, в котором французский этнолог Aule раскрыл сложный и запутанный духовный мир, который только что был передан из уст в уста на протяжении веков», говорится в публикации Королевского института тро, из которой ничего нельзя скопировать, кроме как с особым упоминанием.

( Van Beek уже говорит нам, что его исследование, которое он рассчитывает завершить в мае этого года, даст очень интересные результаты, о которых мы расскажем в ближайшее время).

Новый делегат FMJD по африканским делам убедил Roozenburg и Jurg, что отсутствие письменного ответа не следует воспринимать как предупреждение и что, если Федерация шашек Mali уже зашла так далеко, что выдвинула себя в качестве кандидата на проведение WK 80 1980 года, это означает, что турнир "просто" состоится. Van Beek, однако, посоветовал совету FMJD не полагаться только на переписку, а лично и на месте связаться с малийскими чиновниками задолго до того, как мероприятие должно было состояться. Jurg, конечно же, с радостью последовал этому совету (кто бы в здравом уме мог заявить, что не захочет пропустить эти три зимние недели в Нидерландах? ), и после его возвращения, похоже, не осталось никаких сомнений в проведении Кубка мира в Mali: расходы, связанные с таким соревнованием, покрывает солидный и - как уже неоднократно было доказано - надежный спонсор, министр спорта пообещал - в случае необходимости - свое содействие, и все шашечные деятели, включая представителей федерации в Mali, полны решимости сделать Кубок мира 1980 года успешным для шашек и самого Mali.

Во вступительных строках этой статьи я говорил о возможной трехсторонней цели нашей поездки в Африку. При этом я намекнул на попытку Jurg провести в Senegal турнир африканской зоны, который должен стать отборочным турниром к чемпионату мира. Возможно, это требует пояснений. Так вот: новый совет FMJD, избранный на вышеупомянутом конгрессе в Arco 1978, несколько адаптировал изменения правил по составу участников Кубка мира, относящиеся к периоду Visser (Wiebe Visser был предшественником Jurg в секретариате FMJD с 1975 по 1978), к тому, что он считает требованиями времени. До радикальных изменений правил в 1976 году, о которых я неоднократно писал в этой газете, ситуация была такова, что даже самая маленькая шашечная страна, входящая во Всемирную шашечную федерацию, могла послать на Кубок мира почти столько же игроков, сколько крупные ассоциации (Советский Союз, Нидерланды), насчитывающие многие тысячи членов. Положения, принятые при Visser, положили конец этой нежелательной ситуации, которая была крайне несправедлива по отношению к российским и голландским игрокам низшего эшелона, и чемпионат мира, который состоялся в Arco в октябре 1978 года, стал тем, чем он и должен быть, благодаря отсеву слабых игроков в предварительных раундах: противостоянием сильнейших игроков за высший титул. Однако это означало, что из 12 финалистов» не менее восьми представляли Советский Союз и Нидерланды, а это обстоятельство, в свою очередь, вызвало чувство недовольства среди более мелких шашечных стран - на мой взгляд, ошибочное, но не совсем непонятное. По мнению политического трио Roozenburg/Jurg/Picard (первые трое имеют гораздо менее интенсивный контакт с другими членами правления FMJD только по географическим причинам), поэтому было желательно, чтобы новые правила были изменены таким образом, чтобы малые шашечные страны также чувствовали себя причастными к Кубку мира. С этой целью бывший чемпион мира Roozenburg, который уже не раз с любовью обводил все вокруг пальца на ранних этапах своей славной шашечной карьеры, вновь взял в руки глобус и разделил земную поверхность на четыре зоны. Теперь из трех зон (Восточная Европа, Америка и Африка) в финал Кубка мира выходят по три игрока, при условии, что в восточноевропейской зоне квалификацию пройдет хотя бы один нерусский (даже если чех или югослав займет четвертое место после трех русских), а в африканской предварительный этап гарантирует участие в финале хотя бы самому перспективному малийцу. Пять мест на Кубке мира зарезервированы для игроков из западноевропейской зоны (включая Израиль), причем максимум три голландца, а это значит, что из квартета Clerc/Drost/Jansen/Van der Wal как минимум один должен будет выбыть. К четырнадцати игрокам, прошедшим в финал, присоединятся первые шесть участников Кубка мира 1978 года (Гантварг, Wiersma, Щеголев, Кореневский, Bastiaannet и Мищанский) - всего двадцать игроков, которые будут бороться за высшие награды в этом, несомненно, очень сложном, но привлекательном турнире для всех шашечных стран-участниц.

К этому моменту правление FMJD уже успело разместить три из четырех зональных турниров. То есть восточноевропейский турнир был передан в Чехословакию, западноевропейский - в Италию, а турнир американской зоны возьмет на себя Suriname (где, кстати, Roozenburg сейчас находится в аналогичном пропагандистском турне). Оставался лишь отборочный турнир африканской зоны. Для этого FMJD присмотрела Senegal, а Mali - единственная африканская страна, входящая во Всемирную шашечную федерацию. (То, что Guinee и, возможно, Кот-д'Ивуар вскоре последуют за ней, - это уже другой, очень обнадеживающий вопрос). После переговоров с администрацией Senegalese и встречи с ответственным министром Jurg убежден, что Dakar сделает все возможное для организации предварительных африканских соревнований, так что его миссия, похоже, удалась и в этом отношении.

Давайте же ограничимся событиями на самой шашечной доске, этом священном поле из ста клеток, белая половина которого безмолвно ожидает лучших времен. Несомненно, это звучит пафосно, но у того, кто, будучи европейским шашистом, закаленным презрением и непониманием, с которыми он встречал свою игру на родном континенте, соглашается на поездку в Африку без слишком напряженных ожиданий, возникает ощущение, будто он вдруг попал в Эдемский сад. Ведь даже при первом знакомстве с Dakar рассказы Baba Sy, Mamma N'Diaye и Hamet Diaw об огромной популярности игры в шашки в Африке оказались не чем иным, как сущей правдой: действительно, во многих местах города вы увидите одно и то же зрелище: двое мужчин сидят на коврике, расстеленном на песке, с шашечной доской гигантских по европейским меркам размеров, что-то порядка 85 на 85 см. Правила игры полностью соответствуют правилам Всемирной шашечной федерации, за исключением того, что иногда (особенно слабыми игроками, как мне показалось) «длинная» диагональ (линия 46/5) играется справа, а не слева - аспект, который «только» (потому что это чертовски неудобно) имеет оптическое значение, но в остальном принципиально не меняет игру. (Это контрастирует с различными формами шашек во многих других странах, где в шашки часто играют и на меньшей 64-клеточной доске, и с совершенно другими правилами, так что я понимаю в них даже меньше, чем в шахматах, что говорит о многом). Поражает и то, что игра в шашки проходит через все социальные слои населения и практикуется даже в высших эшелонах власти. Например, посол Senegalese в Mali рассказал о партии, которую он якобы проиграл главному советнику президента, а мы с Jurg даже застали вице-президента Mali Baba Diarra через несколько дней после того, как он приветствовал нас в своем министерстве, играющим в шашки в специально оборудованном шалаше на территории его дома в Kati, городке в Heibels недалеко от Bamako. Baba Baba Diarra, похоже, не может позволить себе посещать или даже публично участвовать в шашечных соревнованиях по протоколу, но в свободное время он регулярно приглашает малийского суперталанта Mamma N'Diaye; тот знает свое место и время от времени позволяет поставленному над ним Аллахом авторитету провести не слишком сложную комбинацию, чтобы его хозяин не чувствовал себя номером один или два в стране в одиночестве на политической иерархической лестнице. Для борьбы с мифами чиновники Малийской шашечной федерации дали мне указание сыграть одну партию вничью и одну с близким выигрышем - поручение, которое я смог выполнить только с большим трудом, потому что как бы дико агрессивно ни играл Baba Diarra против моей системы Van Leeuwen - вице-президент действительно не очень хорошо играет в шашки, по крайней мере, по сравнению со многими своими соотечественниками.

Но в остальном, конечно, это были в основном «обычные» люди, с которыми мы соприкасались через шашки. В том, насколько сильно они играют в среднем, мы с Jurg'ом убедились еще во время первого тура в Dakar, когда Jurg, под предлогом того, что мне не стоит тратить силы, впервые выбрал относительно случайного соперника. Секретарь FMJD, отпрыск известной шашечной семьи Twents, обладает уровнем приличного игрока премьер-лиги, но, тем не менее, безымянный сенегалец в мгновение ока «свалил» его. Призванный пока еще защищать наш национальный триколор, я вступил в бой со вторым секретарем сенегальской шашечной федерации, который заранее сказал нам, что сам он «несерьезный игрок». Действительно, он играл довольно пассивно, и мне удалось создать значительную позицию в центре, но при переходе от миттельшпиля в эндшпиль мой противник защищался так изобретательно, что я смог выиграть обе партии только в самый последний момент.

Во время спешно организованного сеанса одновременной игры против скромного числа соперников (из-за ограниченного количества игровых досок) я столкнулся с беспрецедентно ожесточенным противостоянием, в котором было заметно, что несколько игроков форсировали ничью, очень круто сворачивая с казалось бы безнадежной позиции в эндшпиль с одной дамкой против четырех шашек, в - как выяснялось неоднократно - оправданном предположении, что одна из четырех шашек всегда будет потеряна. Тот сеанс одновременной игры в саду кафе-ресторана L'Esterel, принадлежащего Medoune Cisse (бизнесмен, член местного совета, бывший футболист национальной сборной, вице-президент Сенегальской федерации футбола и президент Сенегальской федерации шашек - человек, которого стоит опасаться! ), этот одновременный матч, проходивший под огромным интересом, был, кстати, душевным событием, невольно вызвавшим у меня ассоциации с фильмом Soul to Soul (черные американские музыканты Wilson Piekert, Ike & Tina Turner и др. посещают Африку), который, к сожалению, я так и не увидел дальше трейлера. Видимо, я был не единственным, кто это почувствовал, потому что во время взволнованного анализа, раздачи автографов, обмена адресами и последующего фотографирования я вдруг увидел, как молодой сенегальский рисовальщик что-то проглотил, хотя, по аналогии с тем, что Wim Kan однажды сказал о Beethoven и «немцах», я, должно быть, был не единственным белым человеком, который заставил его плакать.

В Mali, куда мы с Jurg'ом отправились на пятый день нашего пребывания в Африке, похоже, дело обстоит совсем иначе. Здесь тоже очень много шашистов, которые, хотя и не знают ничего о современной теории и актуальных игровых идеях, чрезвычайно искусны, когда речь идет о конкретных вопросах, таких как комбинации или эндшпили. Медленно, но верно меня осеняет, что поразительные успехи, достигнутые, например, Baiby Sy в период 1960-1964 годов, Bassirou Ba в группе B турнира 1973 года в Сахарном (первый с «и уличным перевесом над a.o. Mamma N'Diaye в сахарном турнире 1975 года (с победами над Agafonow и Hennelink, среди прочих), в ретроспективе, вовсе не так чудесны или «необъяснимы», как они всегда казались мне до сих пор: эти игроки просто сформировали (d) вершину пирамиды! Это впечатление подкрепляется результатами не менее двадцати участников турнира, о которых я упоминал в начале статьи. Они таковы: Sijbrands - 37 очков, Bassirou Ba и Mamma N'Diaye - 28, Soumaoro и Alpha Yaya - 24, Diaw и Thiam - 22, Sylla и Baba Sall - 20, Van Beek - 18, Gueye и Mariko - 17, Jurg и Koné - 15, Baba Keita, Soulakata N'Diaye и Mamadou Traoré - 14, Kansaye, Sïby и Bakary Traoré - 11 очков. Кто считает, что удовольствие от меркантильного видения, столь необходимого в быстрых шашках, распространенных в Африке, в значительной степени нейтрализуется часами матча, которые позволяют сопернику в официальных играх не торопиться и избегать слишком серьезных ошибок, и кто далее считает, что Jurg и Van Beek, последний из которых часто проявлял себя отличным стратегом, начинали в первую очередь с огромным преимуществом в знаниях и матчевом опыте над большинством своих африканских соперников, то невпечатляющие результаты двух голландцев дают хорошее представление о том, насколько высок должен быть уровень игры в западноафриканских государствах.

И наконец, «краткое впечатление» о некоторых участниках. Среди семнадцати африканских игроков было четверо, получивших известность и среди европейских шашистов, а именно Bassirou Ba (B-group Sugar tournament 1973 Ag-group Sugar tournament 1974 - 1976), Mamma i N'Diaye (Sugar tournament 1975 - 1977, KSH tournament 1977 и World Cup 1978), Seydoe Soumaoro (Sugar tournament 1976 и 1977) и недавно Hamet Diaw, откровение World Cup 1978. Bassirou Ba, поскольку я был занят талантом покойных Baba Sy и Mamma N'Diaye, я действительно немного потерял его из виду, но в Dakar, задолго до начала турнира в Bamako, я вернулся под сильным впечатлением от его шашечных способностей. У «Bas» большой талант к комбинациям (он уже показал это на своем дебюте в Европе), но в эти дни он также постоянно работает над углублением своего позиционного стиля, среди прочего, как один из немногих африканцев (я знаю только о Diaw), постоянно обновляя европейскую специализированную литературу. Он единственный шашист на африканском континенте, который, будучи по своей природе очень звездным нападающим, время от времени сознательно и со знанием дела добивается окружения центра. Пример обоих аспектов ниже.

TON SIJBRANDS

Mamma N'Diaye, казалось, долгое время безраздельно властвовал на втором месте. То, что в итоге ему пришлось разделить это заветное место, было справедливо по отношению к Bassirou, который должен был упустить жилу Mamma. Разница в ставках между двумя обладателями второго приза была поразительной. Если Bassirou сумел отбросить свои житейские заморочки и всегда выкладывался на полную в каждой партии (что приводило к головокружительным тайм-брейкам), то N'Diaye играл быстро и амбициозно, просто выжидая момент, когда соперник допустит или не допустит ошибку; Если он и выбивался из графика, то только благодаря своей неисправимой привычке начинать партию с отставанием в сорок-пятьдесят минут (регламентного поражения, когда игрок не сделал ни одного хода через час после начала партии, к сожалению, не случилось). N'Diaye, бесспорно, один из десяти или пятнадцати величайших шашечных талантов, которых я видел на этой земле, но если он хочет осуществить свое желание стать если не первым африканским чемпионом мира, то хотя бы первым африканским гроссмейстером после Baba Sy, ему придется изучать игру больше и гораздо серьезнее, чем он делал это в течение последних четырех лет после своего дебюта в Европе. Тем не менее в Bamako N'Diaye вновь продемонстрировал потрясающую решительность перед собственной аудиторией, напомнив о том, как Андрейко решал партии в свою пользу во второй части своей потрясающей карьеры. Судите сами.

Наконец, мое собственное выступление было, если можно так выразиться, более чем удовлетворительным. Помимо непомерно высокого счета (только старый Soulakata N'Diaye, который играл в игру всей своей жизни, стоял на пути фанатичного стремления к 100 процентам - потому что я такой), я могу оглянуться на большое количество интересных поединков, которые возникли потому, что открытые африканские игроки вдохновили меня, а я, вероятно, вдохновил их. Для характеристики «развлекательной ценности» (патент V.1., если не ошибаюсь) партий, которые я имел удовольствие играть в Bamako, можно привести следующую встречу с Moussa Mariko, молодым игроком, который обычно не тратил больше получаса на свои партии, но против меня он действительно взялся за дело, причем настолько, что на последние двадцать ходов перед контролем времени у него оставалось всего пятнадцать минут.